«Вся политика для людей»-один из лозунгов победы Имран Хана на выборах в Пакистане.

Пост-релиз IV-го Международного Конгресса АРРС
14.05.2018

Имран Хан назвал эти выборы самыми прозрачными в истории Пакистана.

Партия, поддержанная бывшим героем крикета страны и вероятным новым премьер-министром, получила большинство голосов на выборах 25 июля 2018 года. Мы рассмотрим, какие следствия могут быть вызваны для Индии, Китая, США, Европы, Ближнего Востока, а также для России и Украины победой «Терик-и-инсаф» на парламентских выборах в Пакистане, тем самым провернув в стране под демократической ширмой смену власти в Пакистане.

Партия «Движение за справедливость» («Терик-и-инсаф») во главе с Имраном Ханом, или Талибан Ханом согласно официальным данным, победила набрав большинство голосов и соответственно мест, в пока спорном исчислении от 109 до 116, по-видимому, уверено получает 113.

Но для полной победы ему вероятно придётся объединиться со сторонниками Бхутто (Пакистанская народная партия), имеющего более 40 мест (во главе с Билавал Зардари, занявшими бронзу в 43 места). Это позволит преодолеть барьер, установленный в 137 парламентариев из 269 мест в парламенте. Возможно, для прочного большинства будут привлечены партийцы Пакистанской мусульманской лиги (ПМЛ-К), получивших 4 места в новом парламенте. C 2013 до 2018 входит в состав правящей в Белуджистане Коалиции. На выборах в национальное собрание 2018 года вошла в большой демократический альянс.

Еще одним союзником может быть Движение Муттахида Кауми (Объединённое национальное движение) у них 6 мест, по сей день остаются крупнейшей либеральной партией в Пакистане и законсервированными оппозиционерами. Этот шаг Хану будет необходим для закрепления за собой образа либерала с Запада, особенно его связи с клубами Британии и брак с Джемимой Голдсмит, а также его поддержка светской аудитории ложится в его очевидной политике противоречий. Хотя тут остается вопрос умелой совместимости с его ультраправыми взглядами и либеральными догмами: нападки на феминизм как «западную концепцию» и попытки актуализации экстремизма, начав полномасштабную защиту спорных законов о богохульстве Пакистана, которые несут максимальную смертную казнь.

«Ни один мусульманин не может называть себя мусульманином, если он не верит, что Пророк Мухаммед — последний пророк», — сказал он, — заявление, которое вызвало тревогу среди секты Ахмади, которых преследуют за веру в пророка после Мухаммеда.

Мировоззренческие взгляды и политико-популистская практика Талибан Хана весьма противоречива, но имеет определённые тенденции к определённой поддержке идей Талибана и некоторого антиамериканизма из национальных пакистанских позиций и  замешана на либеральной идеологии. Поэтому ему будет трудно, но необходимо выбрать более четкую позицию в квадратуре противоречий во внешней ориентации: Китай -США-Индия-Россия.

В прессе и экспертных пулах в последнее время очень часто противоречивость Ханна хотят поставить на одну ступень с Трампом. Однако резкую непредсказуемость Трампа попусту хотят приписать и Талибан Хану, у них разные движущие силы и национально-ментальные особенности. Да и Имран Хан скорее импульсивен и заносчив, но не игрок в большой политике, так и своей победе похоже Хан обязан военным и видимо именно они будут тянуть рычаги власти. Сам же Хан не контролирует военную машину, которая теперь несет его на своих плечах, но и в своих интересах. Поэтому также можно ожидать, что управление и внешняя политика при Хане обретут импульсивность и милитаризм, которые вполне будут обоснованы, как и прежде, когда эконмическая и социальная ситуация в стране этого требовали.

Финансовые аналитики почти хором отмечают, что Пакистан движется к очередному финансовому кризису. 

Поэтому его партия «Терик-и-инсаф» правоцентристского толка с популистскими методами риторики, взяла на вооружение повторять амбиции со стороны более крупных соседей Пакистана. Президент Китая Си Цзиньпин провел агрессивную кампанию по борьбе с коррупцией, и Нарандра Моди из Индии был избран с аналогичным обещанием.

Но, увы, для Хана план по увеличению расходов на социальное обеспечение более чем в четыре раза, вряд ли будет реализован. Пакистан, конечно, вероятно, будет добиваться поддержки со стороны Международного валютного фонда. Но такая поддержка будет требовать, чтобы рупия упала еще на 10 процентов к концу года, а процентные ставки увеличатся еще на 100 базисных пунктов. Соперничество с потенциальным спасителем Китаем частично несет ответственность за нынешнее затруднительное положение страны.

Но функционеры партии «Техрик-е-Инсаф» далеко не подарок для Китая, который традиционно воспринимает Пакистан в качестве союзника в противостоянии с Индией. На первый взгляд может показаться, что антиамериканизм (Хан критически относится к военно-политической стратегии США в Афганистане, да и выступает против участия Пакистана в интересах в регионе политических кампаний США) Имрана Хана и приоритет на укрепление связей с соседними государствами как никогда кстати для Поднебесной в условиях похолодания отношений с США. Пакистан более чем интересен Китаю как ворота в Индийский океан. Существует проект Китайско-пакистанского экономического коридора (CPEC) – транспортного маршрута, который позволит соединить Синьцзян-Уйгурский автономный округ (КНР) с пакистанским портом Гвадар в Аравийском море. Но Хан скептически относится к этому проекту и стремится выторговать за него выше цену чем готов платить Китай, несмотря на то что инфраструктурные проекты, входящие в его программу «Пояс и дорога», привели к росту импорта Пакистана.

Даже если бы руки Хана не были связаны финансово он все равно был бы политически ограничен военными, которые, как широко подозревают, помогли новому лидеру прийти к власти в избирательном процессе, критикуемом наблюдателями от Европейского союза и Соединенных Штатов. Трудно понять, как он сможет сохранить армию довольной, обойдя оборонный бюджет ядерного государства и найдя общий язык с соседями. Ханские амбиции для Пакистана выглядят далеко за пределами досягаемости.

 

Возможное влияние на отношения со странами и регионами после упрочения власти Имран Талибан Хана видится следующее:

С Индией будет пытаться улучшить отношения, однако с индийской стороны к нему по-прежнему будут относиться с подозрением.

В краю угла остается вопрос, — начать переговоры по урегулированию вооруженного конфликта в Кашмире, к которому призывает Имран Хан. В министерстве иностранных дел Индии выразили заинтересованность в процветающем и прогрессивном Пакистане, у которого хорошие отношения с соседями. Но все же индусы воспринимают Имрана Хан и его партию в качестве «пятой колонны» Талибана в Пакистане.

С Китаем будет удерживать прежние отношения несмотря на определенную настороженность в Китае по отношению к нему. А также ожидаемо наращивание усилия по консолидации взаимоотношений в регионе ЦА с Турцией, Ираном, Афганистаном и т.д., чтоб обеспечить успех своей социально-экономической программы, а также с ШОС.

С Россией будут контрадикторные отношения из-за внутренней противоречивости самих отношений к России самого Хана.Такие отношения обусловленных его Лондонским воспитанием и учебой, английским либерализмом с одной стороны, а с другой — постепенным закулисным улучшением отношением России к Талибану — пересмотра его статуса от терроризма к национально-освободительному движению в связи с их противостоянием ИГ и Аль-Каиде и т.д., помощь им оружием и закрытый диалог. Кроме того, будет проводить изменение конъюнктуры к российскому оружию и влиянию в Центральной Азии (Турция, Иран). Он, очевидно, включится в двойную игру с США-РФ по типу Турции. Это сейчас может быть выгодно и выигрышно тем более, что косвенно поддерживается самими главными игроками, — Трампом и Путиным.

Для самой Украины важны вопросы: торговля вооружениями и поддержка мусульман (крымских татар) в Крыму, но связи были налажены с Мусульманской партией. С поставками танков «Оплот» вероятно намечается прокол, а Россия и Китай тут уже заранее подсуетились. Ожидаемо у Исламабада с Украиной, скорее всего, произойдет охлаждение отношений или их замораживание — зачем им отягощать себя вопросом партнерства с нестабильной и проблемной страной. Скажется английский практицизм Хана.

С ЕС постарается несколько улучшить отношения на фоне некоторых расхождений с США и возникающих противоречий. Соответственно с США ожидаются неровные отношения, из-за общей конъюнктурной изменчивости их внешней политики и сворачивании их традиционных программ в Пакистане. А так же явной политике заигрывания с Индией в ущерб Пакистану (чтоб оторвать Индию хоть как-то от РФ и БРИКС). Кроме того, если в США попытаются разыграть в Пакистане армянскую карту, то нужно сразу отметить, что с Арменией вряд ли могут быть в данном регионе какие-либо аналогии из-за несовместимой разницы в количестве населения (Пакистан приближается к 200 млн.). И гораздо более сложной геополитической ситуацией, которую Трамп ещё более запутывает, пытаясь выпутать Штаты из потери мирового влияния. Кроме того, Армения абсолютно зажата вопросом выживания с Россией, а Пакистан может начать более активно маневрировать, глядя на Эрдогана, тогда взрыва в регионе не избежать с тяжелыми последствиями для Вашингтона.

Независимо от того, какую форму примет правительство оно столкнется с серьезными проблемами.

Главный соперник — «Пакистанская мусульманская лига» во главе с Шабхаз Шарифом заняла на этих выборах серебро в 63 места, при этом следует учесть, что на партию было организованно давление накануне выборов; экс-премьер Пакистана и лидер партии Наваза Шарифа приговорен к 10 годам тюрьмы за коррупцию. Но ПМЛ-N и её лидер признали поражение и вероятно уходят в оппозицию.

Естественно, Имран Хан назвал эти выборы самыми прозрачными в истории Пакистана. Но несмотря на то, что он привлек внимание к себе антикоррупционной темой и войной с политикам, которых он обвинил в коррупции перед выборами. Им остаются проигнорированы обвинения о том, что Пакистанский избирком столкнулся с серьезными техническими проблемами, в результате которых ему пришлось перейти на подсчет вручную. А также масштабных фальсификаций и других нарушений — Пакистанская мусульманская лига (ПМЛ-N) и соперничающая Пакистанская народная партия (ППС) заявили, что их наблюдатели во многих избирательных центрах были либо выгнаны во время подсчета голосов, либо не получили официальных уведомлений о результатах этого участка, но вместо этого получили рукописные счета, которые они не могли проверить. В итоге оглашение результатов голосования отложили до 27 июля, а сам Имран Хан, несмотря на это, объявил себя победителем уже накануне вечером.

Сама церемония принесения присяги новым премьер-министром Пакистана Имраном Ханом 11 августа пройдет в отсутствие иностранных делегаций, что также говорит о предстоящих маневрах многогранника Индия-Китай-Россия-Ближний Восток-США-ЕС.

Ден Кислов-руководитель представительства АРРС в Израиле.

03.08.2018